Про Монику

Про Монику.

Было это в стародавние времена. Я была доверчива, и мне всех хотелось спасти. Одним из череды спасенных был подросток дога, владельцам которого надоело летать на поводке по раёну за жизнерадостным балбесом. Он то и сконструячил мне перелом ноги, когда оная столкнулась с безмозглой головой вылетающего из дверей обалдуя. Нет, это не Моника, это прелюдия к основному рассказу. Месяца на два моим лучшим другом, помощником и средством дипломатии стал костыль. Я грациозно передвигалась с его помощью, веселя окружающих разрисованным друзьями гипсом.

Моника... В те времена только-только стало модным заводить микро-пигов. Вот смотришь на картинку и видишь мимимишечку: пятачок, копытца, всё такое миниатюрное, прям, так и хочется себе немедленно приобрести.

НЕ ДЕЛАЙТЕ ЭТОГО!!! Извините за крик, очень яркие воспоминания...

Так вот, именно это желание и сподвигло моих знакомых приобрести себе этот ужас — Монику. В первое время всё было, как они мечтали, микро-свинка потешно бегала по квартире, трогательно шевелила пятачком, с удовольствием купалась, в общем, приносила исключительно положительные эмоции. А потом Моника выросла... Не, она не превратилась в 100 килограммовую свинью. Она весила кило 37, из которых 15 были лишним весом, отрастила копыта похожие на лыжи, которые мешали ей нормально передвигаться, и проявила свои инженерные способности.

Последней каплей терпения хозяев стал собранный к входной двери со всей квартиры (120 метров) паркет. Когда спасатели проникли в квартиру, которую невозможно было открыть обычным способом, через балкон, они подверглись нападению боевой свиньи Моники (квартиру она охраняла почище овчарки). Отважные работники службы спасения скатились обратно по приставленной лестнице и вежливо предложили хозяину самому лезть в логово ужасного зверя. На следующий день я обнаружила мягкий домик розового цвета, набор мисок и игрушек, и большую переноску с Моникой у себя под дверями клиники.

-Ну, здравствуй, чудовище, — сказала я.

-Хрю, — сказала Моника. У неё словарный запас был небогат, да.

Так началось наше существование с Моникой, ибо жизнью это назвать нельзя.

Моника имела слишком большой вес, что плохо отражалось на суставах, деформированные копыта, проблемы с пищеварением и, пиздец какой, злобный характер.

Я имела костыль, большой словарный запас и характер, о котором Монике ещё предстояло узнать.

Свинья сразу предприняла попытку стать царицей ординаторской. Царственной поступью, шаркая копытами-лыжами, она вышла из переноски, уставилась на меня наливающимися злобой глазками, подняла щетину на хребте и пошла в атаку. Я слегка удивилась и, при помощи костыля, сделала шаг в сторону. Моника пронеслась мимо, затормозила стеной, удивилась и развернулась для второй порции атаки. Я снова шагнула в сторону.

Коррида не самое любимое мое развлечение, посему, -дцатую попытку Моники убить меня я встретила костылем прямо по обвешенному пеной ярости рылу свиньи. «Пошла на хyi, жаба!» негостеприимно заорала я. Моника плюхнулась на жирную жопу, минуту подумала и ушла в свой розовый домик решать, как дальше жить.

Спустя неделю микро-пижка выучила эту чудесную команду, которую очень часто слышала. Костыль — это супер-мотивация! Спустя две недели Монику ненавидели все. Весь персонал. Умное, подлое и приносящее разрушение существо, всё это Моника. Были моменты, когда я явственно представляла Монику в духовке, с яблоком в пасти и пучком укропа в жопе, и только количество антибиотиков, которыми к тому времени была нашпигована свинка, уберегало её от этой участи.

Прошел месяц.

Моника обрела красивую фигуру, обрезанные копытца, научилась проситься в туалет на улицу и перестала швыряться на людей.

Гулять Моника любила. Возле стены, на улице рос куст ревня. Свинка ежедневно проверяла свою плантацию, с удовольствием съедала пару черенков и с видом агронома шла домой, в свою розовую будку.

Небольшое отступление: клиника стояла на отшибе, возле конечной остановки автобуса.

Вечер. Смеркалось. Моника была выпущена на вечернюю прогулку, я сидела в кабинете с документами. И тут, в открытое окно, ворвался ужасный звук... примерно, как гудок приближающегося поезда, только на грани ультразвука. Фоном шёл боевой визг Моники. С такой скоростью, да при наличии костыля, я никогда не бегала... Страшная картина предстала передо мной: здоровенный дядька, держась двумя руками за пах (в сумерках подробности не были видны), тоненько визжал на одной ноте.

В глазах его плескался ужас. Вокруг него бегала, вереща в истерике Моника, с поднятой щетиной и боевой пеной на рыле. С помощью персонала, удалось затащить бьющегося в истерике двухметрового дядьку в ординаторскую, где при свете ламп было обнаружено, что он двумя руками крепко держит свой пипетрус. Учитывая место, где его нашли: куст ревня, картинка сложилась! В ожидании прибытия автобуса, мужчине захотелось пи-пи, он зашел за угол и пристроился у любимого детища Моники.

Моника в это время свершала вечерний туалет в противоположном конце двора, а вот, когда она пошла выбрать себе листик ревня перед сном, тут-то она и обнаружила осквернителя! Гнев Моники был страшен! Она заревела и пошла в атаку (а кто бы не пошёл, когда на его ужин ссут?!) Тут надо учесть, что Моника была черного окраса, и в сумерках были видны только сверкающие священной яростью глаза и набитая на морде пена.

Уговорить мужика перестать визжать и отпустить писю, мы смогли только при помощи стакана коньяка.

Уговорить Монику перестать орать, только полив из шланга ее детище.

Спустя ещё пару месяцев Моника переехала в новый дом. К святым людям, я считаю. Потому как, нормальные себе свиней брать не будут. ©

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Загрузка...