«Моя королева»

Стерпится — слюбится...

ПРОЛОГ

Сегодня в семье Нечаевых радостный день – десятилетие совместной жизни. Светлана проснулась, открыла глаза : Боже! Вся спальня утопает в цветах! Везде розы – бордовые, красные, белые. А на прикроватной тумбочке — любимые огромные белые хризантемы. Света села на кровати. Взгляд упал на сверток, перевязанный розовой лентой. «Что это?» — Светлана развязала ленту. Огромный фотоальбом. На обложке надпись : «МОЯ КОРОЛЕВА».

Светлана прижала альбом к груди, засмеялась:

— Милый! Милый мой дурачок! Что же ты опять придумал?

Листала альбом, который муж Роман оформил своими руками. Это же надо! Когда же он все это сделал? Под каждой фотографией Роман сделал подпись. Старался выводить каждую букву. В этом альбоме была запечатлена вся их жизнь. Все счастливые десять лет. И теперь Света благодарит Бога за то, что послал ей такого мужа. Мужа, который всю жизнь почитал её, как королеву. А могло всего этого и не быть, если бы …

***

Света и Роман жили в одном селе. Еще в школе Рома влюбился в Свету без памяти. А когда она вернулась после училища в село, он вообще, голову потерял. Да и как тут не влюбишься: зеленоглазая, с «французскими» бровями, смуглая, с неожиданно глубоким нежным румянцем на высоких скулах. Тонкие и густые волосы красивой волной ложились наД чистым высоким лбом. Дополняли эту красоту красивого рисунка губы.

У Валентины, кроме Светы, было ещё трое детей. Семья Валентины Пороховой была из самых бедных в селе. Светлане исполнилось уже двадцать лет, но никто из села сватов не засылал. Она считалась незавидной невестой. Два года назад муж Валентины уехал на заработки и пропал. Подавала она в розыск, да без толку. Вот и бьется она два года, как рыба об лёд, чтобы прокормить детей. Зарплата на ферме копеечная, а работа тяжелая. В последнее время денег вообще платить не стали. Кое-как выручает хозяйство, но и оно уже стало невыгодным. Корма дорожают, своего сена не хватает, приходится покупать. Валентина изнывала от постоянного безденежья, а выхода не видела. С этой проклятой перестройкой вся жизнь пошла кувырком.

Роман же был у родителей единственным и обожаемым сыном .

Нечаевы были крепкими хозяйственниками. Михаил вовремя извернулся и приобрел сельхозтехнику, которую совхоз тогда продавал за бесценок. Работящий сам, он и сына с детства приучал к труду. Рома еще пацаном умел работать и на тракторе, и на косилке, и на комбайне. А потом Михаил арендовал несколько гектаров земли. Засевал одни поля гречихой, другие донником. Пасеку держал. Мёда по сорок фляг качал. Однако, при всем их богатстве, Нечаевых в селе любили. Если кто у них помощи просил — никогда отказу не было.

Отучившись, Светлана вернулась домой. Сначала пыталась найти работу. Но какая же в селе работа? Да еще в такое время.

Мать спросила:

— Доча, ты еще не решила, что будешь делать дальше?

— Что ты хотела?

— Денег совсем нету. А еще ребятишек к школе одеть хоть как-то надо. Не придумала, куда работать пойдешь?

— На ферме есть работа?

— Да так-то есть. Но, боюсь, ты не пойдешь туда.

— Почему?

— Не выдюжишь. Тяжело. Может, куда в другое место попробуешь?

— Не бойся, мама. Выдюжу. Да и куда в деревне пойдешь?

На следующий день пошла Валентина к заведующей фермой просить за Свету. Но та сразу отрезала:

— Некуда мне её брать. Сама, небось, знаешь, что ферма на ладан дышит. Приезжали тут какие-то бизнесмены. Что-то все ходили, высматривали. А чего им надо – не говорят. Вот я и ума не приложу, что дальше будет. Уверена, что ничего хорошего.

Вернулась Валентина домой не солоно хлебавши. Сидела, опустив голову. Наконец, позвала Свету:

— Не берет Фролова тебя. Говорит, что, наверное, ферму скоро ликвидируют. Что делать будем?

— Да придумается что-нибудь. Тут меня девки звали землянику собирать да в городе продавать.

Сейчас с ними буду пока, а там видно будет.

До середины лета, пока земляника не отошла, Света ездила с девчонками в город продавать ягоды.

Кое-как кормились на выручку. Потом клубника полевая пошла. Потом грибы. Ездила с грибами в город. Но всё это приносило семье лишь слабое облегчение. С горем пополам Валентина и Светлана кормили семью. Еле-еле держались на плаву. Как зиму пережили – сами не могли понять.

Роман всё страдал по Светлане. Парень уже отслужил армию, вернулся, начал работать механиком в МТСе. Несмотря на благополучие и материальный достаток, Нечаевы в последнее время чувствовали себя несчастными. Видели, что сын потерял покой и сон. Ничему не рад. Ходит, как в воду опущенный. Родители, конечно, знали причину этого уныния. Для Нечаевых, как и для любых родителей свой ребенок – самый лучший и самый красивый. Но круглоголовый, ширококостный Роман в сравнении со Светой проигрывал всё. В молодости внешность ведь очень важна. Мать частенько тайно поплакивала. Очень уж ей жаль было сына. Такой хороший парень! И работящий и уважительный. Никто в селе про него худого слова не скажет. А вот не везет ему в любви! Что тут поделаешь! Однажды Михаил, отец Романа не выдержал:

— Ладно, мать, не реви. Давай пойдем к Валентине свататься.

— Ох и глупый же ты, Миша. Пойти-то можно. Да ведь не любит Светка нашего Ромочку. Ничего не выйдет из этой затеи. Только насмешим всё село.

— Все равно, давай сходим.

-Нет, лучше сделаем так. Я сама к Валентине подойду. Поговорю насчет Светы.

На следующий день, утром, когда выгоняли коров, Ольга, мать Романа, подошла к Валентине:

— Валя, задержись на минутку, разговор есть.

— Здравствуй, Оля. Что ты хотела?

— Валюш, ты ведь знаешь, что наш Рома любит твою Светланку.

— Ничего не знаю. Первый раз слышу.

— Да, давно уже, ещё со школы. Как ты посмотришь, если мы свататься придем?

— Да господи, боже ж ты мой! Да Оленька! – засмеялась Валентина. – Какая мы вам родня? Вы богатые! А мы? Голь перекатная! На что мы вам сдались?

— Валя, послушай меня. Ты знаешь, как мы любим своего Рому. Мы для него готовы костьми лечь, лишь бы он счастлив был. Главное, чтобы ты была не против. Соглашайся! А, если получится всё, мы и тебя не оставим. Поможем ребятишек растить. Знаешь ведь, сообща и батьку бить легче. Ну, что скажешь?

— Господи, Оля! Я тут, вообще, не при чем. Кто меня спрашивать будет? Да я-то не против. Я только за! А если Светка не согласится? Ты ведь знаешь ее характер! Упрямая – не приведи Господь. А ну, как заартачится? Что тогда делать?

— Ладно, Валя. Посватаемся, а там видно будет.

А Рома все надеялся завязать отношения со Светой… Но для неё его будто не существовало. Не обращала на него внимания. Его несмелые попытки подойти, поговорить, она отвергала сразу.

Однажды Роман набрался смелости и пригласил Свету в кино. А ей уже до оскомины надоело однообразие. Изо дня в день – одно и то же. Никакого продыху нет от бытовухи. И она согласилась.

Роман ждал Свету у крыльца сельского клуба. Когда она подошла, он, краснея, протянул ей два бумажных пакета.

— Что это?

— Конфеты. Тебе и ребятишкам.

— Спасибо.

А сама мысленно усмехнулась : «Долго думал? Надо же! Догадался столько конфет притащить! А все-таки приятно…»

После кино Роман проводил Свету домой. А она думала: «Хороший парень, но красотой не изуродован. На медведя похож. Здоровый и косолапый. Не надо ему голову морочить. А то ещё возомнит, что …»

Прошло несколько дней. В доме Валентины было грустно и уныло. Все сидели, кто где, и молчали.

Хлопнула калитка.

— «Кого там еще несёт?» — с раздражением подумала Света. На пороге появились Нечаевы.

«А этим-то чего надо?» — удивилась девушка.

— Здравствуйте, соседи дорогие! Разрешите войти?

Валентина спустила ноги с дивана:

— Проходите …

— У вас товар, как говорится, у нас – купец, — Михаил шутливо начал объяснять цель своего прихода.

Гости прошли к столу. Михаил поставил на стол бутылку вина.

— Спасибо, Миша, — Валентина опустив глаза, стояла перед столом. –Извиняйте, соседи дорогие, но на стол поставить нечего. Не ждали никого.

— А это – ничего страшного! — Ольга ловко выложила из сумки на стол пакеты с закусками, — Светуля, давай посуду.

На тарелках появилась колбаса, холодная телятина, нарезанная тонкими ломтиками, селёдка, хлеб, банка консервов, целая гора конфет, пряников, зефира.

— Ребятишки, садитесь за стол, угощайтесь, — Ольга ласково посмотрела на мальчиков.

Дети начали с жадностью есть. А Света сидела бледная, выпрямив спину, словно аршин проглотила.

-Ну что скажешь, соседушка? Согласна ли ты отдать за нашего сына Романа свою красавицу-дочь?

— Да я-то согласна. Но надо спросить и согласия Светланы.

— Конечно, — Михаил подошел к Светлане. — Света, ты согласна выйти замуж за Рому?

— Я знаю, Рома хороший парень. Но ведь я не люблю его. Как же я могу выйти замуж за нелюбимого человека?

— Светочка, скажи, почему ты не любишь Рому? Потому что он не красавец? Не пара тебе? – Ольга умоляюще смотрела на девушку. — Так ведь красота приглядится, а ум пригодится.

— Да красота тут не при чем. Просто я не люблю его, и всё.

— А, может, потом полюбишь? Знаешь, как раньше говорили : «Стерпится – слюбится».

Ольга понимала, что говорит не то. Но от волнения не могла подобрать нужных слов. Стушевалась.

Замолчала. Сердце у нее замирало. Потом она закрыла лицо ладонями, и из-под них покатились обильные слезы.

Михаил поднялся из-за стола:

— Ладно. Как говорится, насильно мил не будешь. Извините за беспокойство. Пойдем мы.

***

А село стремительно приходило в упадок. Ферма хирела. И, однажды, наехали «бизнесмены». Увезли всех коров, разобрали все оборудование, погрузили всё, что представляло хоть какую-то ценность, на машины и уехали. Рабочие с фермы пришли к Фроловой, стали просить зарплату за последние четыре месяца. Фролова встала из-за стола, вызверилась:

— Нате, рвите меня на части. Где я вам денег возьму?

Светлана приехала из города, куда возила землянику на продажу. Еще на подходе к дому она услышала детский плач. Забежала во двор и увидела, что трое братишек пытаются открыть сарай.

Сарай был заперт изнутри.

— Что случилось? – Света испуганно тормошила старшего братишку за плечо.

— Мама там…

Света огляделась, ища глазами, чем бы вышибить дверь. Схватила колун и начала с размаху всаживать в тонкие доски. Наконец, дверь распахнулась. На дровах сидела Валентина с пеньковой веревкой в руках и неподвижным взглядом смотрела прямо перед собой. Света вырвала веревку из рук матери:

— Ты что творишь!

— Всё! Не могу больше!

Дочь вывела мать из сарая, довела до дому. Уложила на диван.

Свету била крупная дрожь. Немного успокоившись, она села к матери на диван:

— Что ты творишь, я тебя спрашиваю!

— Ферму закрыли, денег не дали. Что теперь делать?

— Выход искать, вот что делать!

Мать, не глядя на Свету, медленно промямлила:

— Выход?.. А где тот выход?.. Не знаешь? Вот и я не знаю. Знаю одно, что теперь нам всем крышка…

— Для начала успокойся! Ну давай сейчас вся деревня вешаться будет! Что-нибудь придумается.

Было сумрачно. Все молчали. Тяжелая тишина повисла в доме.

Валентина лежала с открытыми глазами, уставившись в одну точку. На душе было тяжело и беспросветно.

Света, обхватив голову руками, сидела у стола на табуретке. Вдруг она резко встала и быстро вышла из дому, хлопнув дверью.

Подойдя к дому Нечаевых, Света остановилась. Собравшись с мыслями, она нажала на кнопку звонка. Из калитки выглянула Ольга. Света хмуро глянула на неё:

— Здравствуйте. Я к вам на минутку.

— Проходи в дом.

— Нет. Не хочу, чтоб нас кто-нибудь слышал.

— Да я одна дома. Мужики на работе. Еще не вернулись. Проходи.

Войдя в дом, Света поразилась богатству обстановки:

« Да… Это не наше с мамой убожество…»

— Вот вы приходили свататься. А вы знаете, что у меня даже маленького приданого нет? Денег – ни копейки. Хорошо, я согласна выйти за Романа. Только без свадьбы. Не надо ничего. Нам за вами не угнаться.

Ольга не верила своим ушам. Вот, оказывается, как может получиться в жизни. Недавно они с Михаилом следили за сыном, чтоб тот, не приведи Господь, с собой ничего не сотворил, а сегодня всё так круто изменилось.

Ольга заплакала. То ли от радости, то ли от нервов…

— Светочка, ни о чем не беспокойся. И свадьба будет, и всё будет, как положено, — сквозь слезы улыбалась Ольга.

— А сам-то Роман согласен взять меня в жены? Мне он предложения не делал.

— Господи, Света! Да он же хотел! Но мы ему рассказали, что ходили свататься, да получили от ворот поворот. Так после этого он не посмел подойти к тебе.

— Понятно.

— Светочка, ты не беспокойся. Я все обстряпаю в лучшем виде. Всё будет хорошо.

— Ладно, пойду я.

— Иди, моя милая. И храни тебя Господь.

«Ну вот, Светлана Батьковна, ты и продала себя… Проклятая бедность. Как противно… Ах, если б не мама, да не ребятишки… Вот я мать почти из петли вытащила… А сейчас мне самой хоть верёвку намыливай…»

Рано утром, как обычно, Света с подружками пошли в лес собирать землянику. Девчонки весело болтали, но не до веселья было одной Светлане.

— Светка! Ты чего, как в воду опущенная?

— А чему радоваться? Приходили свататься Нечаевы… Я согласилась выйти за Ромку.

— Вот это дааа! Ну и чего же ты скисла? Молодец, что согласилась. Ромка – золотой мужик! Не красавец, конечно. На Шрека смахивает. А так – золото-золотом!

— Золотой-то, золотой. Да не люблю ведь я его… И что из этой авантюры выйдет?

— Ой, да подумаешь, цаца какая! Зато будешь, как у Христа за пазухой! Главное – он тебя любит! А там – стерпится – слюбится!

— Не дрейфь, Светка! Уж тут ты не прогадаешь! – заговорщически подмигнула одна из девчонок.

— Пошлячка ты, Людка! А как же любовь? – Светлана укоризненно взглянула на подругу.

— Ой, ну надо же! Любовь! А что такое любовь? Я где-то читала, что это простая химическая реакция, которая происходит от феромонов, гормонов, флюидов и всякой такой фигни. А когда реакция кончается, наступает обыкновенная привычка к человеку. Так что, выйдешь замуж по любви, или вовсе без любви – какая разница? Все равно, все пройдет.

— И правда, Светка! Вон, какие красавицы выходят замуж за богатых, жирных, вонючих папиков! И живут, без всякой любви, не заморачиваются . Знай себе ездят по Канарам да по Европам, и в ус не дуют. А ты выходишь замуж за нормального парня. Чё тебе надо?

— А мне это гадко, гадко.

— Ну и сидите тогда с матерью да с пацанами! Лезьте из куля в рогожу! Вам, видать, так больше нравится! Тебя ведь не на веревке тащат! Сама идёшь!

— Девочки! А я ведь могу Ромке жизнь испортить…

— А ты не порти! У тебя что, вместо головы — чан с дерьмом? Сама за себя не ручаешься? Да делай ты, что хочешь! Достала уже! Как говорится, вытащила пистолет – стреляй! А не можешь стрелять — не вытаскивай!

— Не ругайтесь, девочки, — постаралась разрядить обстановку Света. — Просто на душе мыши скребут. Как-то все не по-людски получается.

Пока собирали ягоды, Света всё думала, думала... «Вот мои родители. Женились по страстной любви.

Без всяких расчетов. Ну и что в результате? Постоянное безденежье сделало своё дело. Мать с отцом стали ругаться. Всё чаще и чаще. Каждый считал виноватым в наступившей нищете другого. А со стороны казалось, что это не два самых близких человека, а два заклятых врага. И где же любовь? Куда она улетучилась?»

Набрав по ведерку земляники, девушки поехали на рынок в город. Когда вернулись, Света пошла домой. Вошла в дом, а навстречу — мать. Как будто уже поджидала:

— К тебе гость пришел, — прошипела, а сама выскочила в сени.

В комнате стоял Роман. В новом костюме, с букетом белых хризантем. А сам от смущения – красный, как вареный рак. Сделал шаг вперед, протянул цветы:

— Света! Я хочу, чтоб быть моей женой! Нет, чтоб ты согласилась стать женой! — совсем спутался парень.

— Хорошо, Рома. Я согласна.

***

Свадьбу назначили на конец августа. Нечаевы готовились сыграть свадьбу по высшему разряду. Но накануне между Валентиной и Нечаевыми состоялся тяжелый разговор:

— Миша, Оля. Мы же со Светой просили вас не делать свадьбу. Можно было бы просто вечер небольшой сделать и всё.

— Да ты что, Валя! Ты в своём уме? Да чтобы мы единственного сына без свадьбы женили? Да ни за что на свете не будет этого!

— Но вы и нас поймите тоже. Что люди скажут? Все знают, что у нас вошь на аркане скачет.

— Скажут? Пусть говорят. Знаешь, Валя, вот на скольких свадьбах мы гуляли – не упомнить! И что?

Хоть и того лучше все продумано и устроено. Но обязательно найдется паршивая овца, которая что-нибудь да обгадит! Короче, — Михаил похлопал Валентину по плечу, — мы свадьбу сделаем, как сами решим. И ни у кого спрашивать ничего не будем.

— Да, Валя. И ни перед кем отчитываться не будем, — поддакнула Ольга.

А где-то в середине августа, в субботу, к дому Валентины подъехал на иномарке Роман:

— Светочка, собирай ребятишек. В город поедем. К школе всё покупать.

— Что это ты придумал? Ты что мальчишкам отец родной? Унизить нас хочешь?

— Света, ну зачем ты так? — Роман даже покраснел от обиды. — Скоро роднёй станем. Надо же помогать друг дружке? Я как-то так думаю.

Девушке стало неловко. Даже немного смутилась:

— Ну прости, Рома...

Света быстро собрала братишек. До самого вечера Валентина ходила от окна к окну, поджидала «своих». Наконец, приехали. Сколько покупок привезли! Еле перетаскали пакеты в дом.

Ребятишки, взахлёб, перебивая друг друга, рассказывали, что были в парке, накатались на качелях, на разных аттракционах. В кафе ходили, наелись мороженого. А Светке платье купили свадебное. Красивое!

Валентина слушала их, а сама слезами давилась. Так ей было обидно на свою судьбу. Работала, как вол, а дожила до того, что чужие люди детей в школу собирают… И деваться некуда…

Наконец, наступил день свадьбы. С самого утра в доме Валентины колдовали парикмахерша, маникюрша. Подружки, уже нарядные, пришли одевать невесту. Все приготовили к «выкупу».

Когда после выкупа жених вывел невесту на крыльцо, все невольно залюбовались – до того красива была Светлана! Глаз не отвести!

Первый день свадьбы прошел вполне благополучно. Гостей было – не сосчитать! Молодым надарили много денег, много подарков. Было весело, только невеста была грустна. Была бледна, улыбалась, как больная, чуть заметно.

Молодые ушли ночевать в новый дом, подаренный Роману родителями. Светлана боялась даже представить, как они с Романом лягут в постель. Сидела в платье на диване, не шевелясь. Рома сидел на стуле и молчал. Когда молчание затянулось до невозможности, Света резко поднялась:

— Ну, хватит! Давай ложиться. Выключила свет. Разделись, легли. Роман боялся шевельнуться.

Потом, все же повернулся к жене, протянул руку и погладил ее по ноге. Света вздрогнула и поджала ногу, как раненая птица. Больше Роман к ней не прикасался.

Село гуляло ещё два дня. Молодые были смущены всеобщим вниманием. От Ольги не укрылось то, что сын очень грустный. Да и Света не больно-то весела. Опять у матери сердце заныло: «Да что же это такое, в самом деле? Не заладилось у них, что ли? И в кого же Рома такой тюфяк? Силы у него – хоть подковы разгибай. А к девке прикоснуться боится. …»

Света понимала, что ей надо первой как-то сделать решительный шаг. Но какая-то неведомая сила не давала ей даже прикоснуться к Роману. Это ведь уже даже не смешно. Месяц, как поженились, а между ними так ничего и не было. Роман даже и не поворачивается к ней. Боится, что получит отказ.

Часто к Роману со Светой приходили друзья. С ними Света вела себя очень свободно. Всегда ей было весело. Но стоило остаться одним – как будто ступор на нее нападал.

Однажды, когда Роман спал, Света долго читала книжку. Потом посмотрела на мужа, и вдруг испытала такую нежность к нему! Чем же он перед ней виноват? Что некрасивый? Так это что, вина его? А какая лично её, Светы, заслуга в том, что она красива? Гордиться тем, что ты красива, это все равно, что гордиться тем, что ты родилась во вторник. Да ерунда всё! Очень он красивый! А души в нём – на десятерых хватит… Света первый раз нежно обняла мужа…

А потом было долгое-долгое счастье… Через год родился Пашка. Часто Роман называл Свету «Моя королева».

Лилия Падерина

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Загрузка...