Зверье мое

После смерти матери Димку забрал к себе дед Миша.

Повидавший за свои шесть лет жизни всякого, Димка, был рад, что наконец уедет из этой маленькой тесной комнаты, где все было пропитано болью.

Димка жил с мамой вдвоем.

Отца он своего не знал, да и не спрашивал о нем у матери.

-Вырастишь и, если захочешь сам, тогда расскажу, — говорила, устало улыбаясь, мама Димке.

Мать работала много.

Приходила всегда вымотанная и усталая.

Но как бы бедно они не жили Димка был всегда хоть и не дорого, но аккуратно одет и накормлен.

В комнате, где они жили всегда было чисто.

Из последних сил мать тянулась, чтобы только ее сынок был сыт, одет и обут.

Подрастая, Димка все чаще замечал, что у мамы были дырявые ботинки, и как она вечером, чтобы не видел сын, заклеивала их. Но Димка видел, и слезы накатывались на глаза.

Именно тогда он начал стараться хоть чем-то помогать ей в доме. Сам подметал пол, под присмотром соседки, бабушки Шуры варил картошку к приходу мамы.

Даже научился сам стирать свои носки.

Мама удивлялась и каждый раз гладила его по голове и говорила:

-Ну вот! Я и дождалась помощника в доме! Теперь нам ничего не страшно!

А Димка бегал в близстоящую пиццерию и мыл, потихоньку от мамы, полы и таскал овощи.

Он договорился с дядей Симоном и тот платил ему по пятьдесят рублей за проделанную работу. Димка копил деньги маме на ботинки. Дядя Симон сказал, что за 1000 рублей на рынке можно купить.

И он купил.

Он был горд своим подарком.

Он принес свою покупку в коробке и поставил в угол, чтобы не видела мама.

Когда она уставшая и измотанная, вечером пришла с работы, Димка усадил ее за стол, на котором стояла чашка с вареной картошкой и тарелка с салатом из свежего огурца, вытащил коробку и преподнес ее маме.

Открыв коробку мама, прикрывая рот рукой, с удивлением смотрела то на коробку, то на Димку, то на тарелку салата.

-Сынок! Откуда это?! – спросила она, и слезы горошками покатились по щекам.

-Мамочка, ты не волнуйся, это я сам заработал и сам купил! Ты примерь! Продавец сказал, что если не подойдут, то можно завтра обменять! – быстро заговорил Димка, вытаскивая ботинки из коробки и ставя их на пол перед мамой.

Он присел и начал обувать ботинки, на мамины ноги.

Та сидела и как-то беспомощно, словно маленькая девочка, держала ногу навесу, пока Димка обувал ее.

Ботинки оказались по размеру, даже чуток великоваты, но мама сказала, что теперь можно даже и носочек теплый надеть.

-Мам! Да ты кушай! Мне даже дядя Симон огурчик свежий подарил, чтобы отпраздновать покупку и он, засунув кусочек огурца в рот и смачно захрустел.

Мама сидела, ела картошку с огурцом вперемешку с солеными слезами.

А потом мама заболела.

Димка не знал, что случилось, ведь он никогда не замечал, что мама хоть когда-то болела.

Маму увезла Скорая и больше он ее не увидел.

Она совсем не болела, она просто, однажды упала в коридорчике, возвращаясь с работы и соседи вызвали Скорую помощь.

Димка в это время бегал в магазин за хлебом.

В больницу его не пустили и соседи вызвали из деревни деда Мишу, отца мамы.

Когда приехал дед, они вместе сходили в больницу, но им тогда только отдали вещи мамы. И там были те самые новые ботинки, которые она проносила всего месяц.

Димка не плакал.

Он просто окаменел.

Он тихо сидел в углу комнаты, пока дед занимался похоронами. Ее сразу отвезли на кладбище, потому, что ставить гроб дома было просто негде.

— Да и незачем! – сказал дед, — родни тут все равно нет, а поить соседей водкой, у меня средств нет.

Собрали Димкины вещи, закрыли комнату и уехали в деревню к деду, где он жил и работал егерем.

Сестра деды Миши и тетка Димки, Дуся, жила тут же в деревне и всю жизнь проработав дояркой, теперь была на пенсии, так, что присматривать за Димкой было кому. Главное не детский дом. Этого дед допустить не мог.

— Дуся оформит опекунство, а жить можешь хоть у меня, хоть у нее. Мы с ней роднимся хорошо. Комнату твою пока сдадим, все деньги тебе в помощь будут, тем более на следующий год в школу. Костюмчик справим, ранец, тетрадки, ручки, купим. Школа, у нас хорошая! Так что не переживай, мы своих, в обиду, не дадим.

И Димка остался жить у деда.

У деда была добротная избушка, с русской печкой.

В доме было все, что необходимо. И ничего лишнего.

Димка ходил и рассматривал все не хитрое убранство дедовского жилища

Днем дед уходил в лес, а Димка оставался на хозяйстве.

К приходу деда он успевал сбегать к тетке Дусе, которая снабжала их с дедом молоком, пирогами и прочей снедью.

В комнате Димка сам наводил порядок, как он это делал когда-то у себя дома, это ему было не в диковинку. А вот печь топить он не умел и пришлось тетку Дусю просить, чтобы она его научила.

-Да зачем тебе? – смеялась Дуся, — я приду да истоплю еслив надо! А нет, так сам Михаил истопит!

— Да нет же, — возражал Димка, — я должен сам научиться! Как же так, жить в доме и не знать, как топить печь?! Научи!! Я ж даже сам картохи сварить не могу, потому что не могу истопить печку!

Дарья пришла в дом к деду Мише и подробно рассказала Димке, что и как и теперь, когда вечером дед возвращался из леса домой, его ждал горячий чай и теплая еда.

Дед усмехался:

-Молодца! Правильно! Мужик в доме должон все уметь! – и ласково целовал Димку.

Как-то, уже осенью дед принес в дом, завернутый с тряпицу комочек.

-Деда, кто там? – спросил Димка, слезая с печки.

-А вот поглянь ка сам! – и дед развернул на полу тряпку.

А там лежал совсем маленький лисенок.

— Это ж откуда, он такой?! – тихо спросил Димка, чтоб не напугать зверька.

— Да видать он один остался! Я там все в округе обшарил, никого не нашел. Выводок ушел с родичами, а этот слабенький остался.

Видишь, какой он худенький?! Приболел, наверное. Если б еще ночь остался в лесу, не выжил бы! Ну, ничего! Мы его нашему доктору Айболиту покажем, и он поможет нашему рыжему чуду. Он у нас на все руки мастер, всех хвостатых лечит!

Местный ветеринар, или как его все звали доктор Айболит, уже привык, что дед Миша ему постоянно подкидывал всяких животных и поэтому уже не удивился новому пациенту.

-Ну-с кого, на этот раз, мы принесли? – улыбаясь и надевая очки, спросил Виктор Иванович, глядя на деда Мишу и Димку, — кто тут у нас больной?

Он развернул полотенце, в которое, был завернут лисенок.

-Так, так, так! – рассматривая лисенка, сказал Виктор Иванович, надевая перчатки, — сейчас поглядим! И чего это мы такие худенькие? – и он начал тихонько ощупывать тельце лисенка. В районе задних лап, лисенок дернулся и пискнул.

-Ага! Понятно! — сказал доктор и начал более тщательно прощупывать это место. Лисенок настороженно поднял голову, слегка попискивая, — у него здесь, задняя лапка и скорее всего перелом. Он поэтому даже встать на лапы не может, — подвел итог доктор, после осмотра.

— И что теперь? – спросил настороженно Димка.

— А вот что, молодой человек, — сказал серьезно Виктор Иванович, — лечить надо. Вы мне его оставляйте и придете где-то через недельку. Постараемся поставить вашего питомца на ноги! Вот так!

Через неделю Димка примчался к Виктору Ивановичу с большой корзиной, как велел ему дед, чтобы принести лисенка домой.

— Ага! Прибыли, молодой человек! Это хорошо! – встретил Димку доктор, — пойдемте, посмотрим на вашего лиса.

Лисенок сидел в вольере, в пристройке дома.

Перед ним стояла чашка с водой. Задняя ножка лисенка, была забинтовала и сделано что-то вроде держалок для ноги из палочек.

— Ножку я ему собрал, вот придумал такой каркас, пусть он пока в нем будет. Но вставать на ножки он уже начал. А это значит, что бедренные суставы у него работают, значит надо только, чтобы косточки лапки внутри срослись и все! А это еще недельки две! Так что молодой человек, как говорится, получите и прошу вас не давать ему особо ходить и держать его где-то вот так же в вольере. Кормить усиленно, можно давать молочка, чтобы он поправился, да и срастание пойдет быстрее. В конце месяца прошу вас ко мне на прием!

Дома из старой сетки дед соорудил маленький вольер, куда и был помещен Рыжий.

А в конце месяца Виктор Иванович, снял с лисенка все палочки, ощупал его еще раз. Теперь, когда доктор осматривал лисенка, он спокойно сидел, не выказывая ни чем, что ему где-то больно.

-Ну, все! Мы здоровы и счастливы! Потолстели хорошо! Значит, можем нормально развиваться! Я так понял, ваш Рыжий теперь у вас вместо кота, потому что в лес его выпускать сейчас нельзя, он не сможет выжить. Понятно вам молодой человек? Вот подрастет, заматереет, тогда он сам от вас сбежит! – засмеялся доктор.

-Да конечно пусть живет. Мы все равно же в лесу живем, а не в городе. Ему у нас будет хорошо! – сказал, улыбаясь, Димка.

Так в доме деда Миши появился лис Рыжий.

Димка нянчился с Рыжим подкармливая его вкусными кусочками и тот бегал за ним как привязанный.

Зимой, когда Димка выходил, чтобы откидать снег Рыжий выбегал за ним во двор и напряженно нюхал воздух

-Давай, нюхай, нюхай, тебе летом бегать в этом лесу. Ты ж не будешь целыми днями сидеть дома. Ты ж все-таки зверь лесной и лес твой дом!

Рыжий весело нырял в сугроб, потом выныривал с веселым выражением морды, а Димка смеялся, глядя на него. Потом поддевал снег лопатой и кидал в Рыжего, тот отпрыгивал и нырял опять в снег.

Ближе к весне дед Миша проделал в двери проход, для Рыжего и теперь тот сам выбегал на улицу по всем своим надобностям.

Все лето Димка с дедом Мишей путешествовали по лесу.

Дед, глядя на Димку, улыбаясь говорил ему:

-Давай выгуливай последний год по полной, а то с сентября переедешь к тетке Дусе в школу надо ходить. А на выходные будешь прибегать и нас с Рыжим, проведовать.

Димка переехал к тете Дусе.

Школа была рядом и он, на обед бегал домой.

Тетя Дуся жила одна. Так случилось, что в жизни у нее кроме брата и племянника никого не было, и она всю свою любовь и заботу отдавала им.

Димка звал ее мама Дуся и как мог, помогал ей по дому. Принести воды или дров, убрать снег зимой со двора, для Димки это было запросто. А чтобы ни деду, ни маме Дусе за него не было стыдно, он старался, учился, получая отличные оценки.

-Учись, мой хороший, — говорила Дуся, — выучишься и будешь умным и красивым. И нам в радость и себе жизнь устроишь! Выучишься и станешь большим человеком. Зарабатывать будешь и в жизни легче станет, не то, что мы тут в деревне, в город поедешь. И Димка учился и строил свои планы. Он очень хотел стать врачом, чтобы лечить людей, чтобы не умирали они, как его мама такими молодыми.

А потом случилось то, что еще больше утвердило Димку с воем решении обязательно стать доктором.

Дело было в феврале.

Как-то Димке не спалось, что-то сердечко его не спокойно было. Это было так же, когда он шел домой с магазина, а маму увезли в больницу. Ему тогда тоже было тревожно и так же холодно внутри. На улице вьюжило.

Снега в этом году навалило много и он в этот выходной собирался к деду, представляя, сколько там намело.

Встав утром, пораньше, он пошел по тропинке к дому деда.

На улице еще было сумрачно, но он знал дорогу хорошо.

Добравшись до дома, Димка только хотел взять лопату и откидать снег, как из дома выскочил Рыжий и с визгом бросился к Димке.

-Рыжий! Привет! — сказал он, улыбаясь, но лис развернулся и побежал назад в дом.

Почувствовав что-то неладное, Димка бросил лопату и побежал за лисом

Влетев в дом, Димка увидел лежащего около кровати деда и на полу лужу крови. Около деда лежало ружье.

-Дед! Дед! – упав на колени, закричал Димка, — что с тобой? Ты живой?

Дед приоткрыл глаза.

-Не кричи, живой я! Руку надо перевязать, чтоб кровь не шла. Перетяни мне руку выше локтя. — сказал он.

-Да! Сейчас! – Димка открыл стол и достал бинт. Потом сбегал к печке, налил теплой воды в таз и взял чистое полотенце. Димка не боялся, главное дед жив, а остальное он сейчас сделает.

У деда была разодрана рука, чуть выше кисти.

Димка скрутил полотенце и сколько хватило сил, перетянул руку, потом аккуратно смыл кровь с руки. Рана была рваная, от зубов зверя. Около раны стер кровь бинтом.

-Дед, ты говори, ты не молчи, — сказал Димка, — кто тебя так?!

-Волк залетел, — сказал тихо дед, — дай воды, пить хочу.

Димка налил воды и подал деду. Потом сложил бинт в несколько слоев и накрыл рану и только потом перебинтовал руку. Бинт сразу пропитался кровью.

-Так, — сказал Димка, — мы сейчас поедем в деревню. Я сбегаю к Валентине Петровне и она тебя вылечит. Ты встать сможешь? Ты сядешь на сани, на которых ты дрова возишь, и мы спустимся до дома дяди Мити. Тут с горки мы нормально съедем. А там уже дядя Митя нам поможет.


Накинув на деда полушубок и шапку, Димка помог ему встать и добраться до саней, которые он поставил прямо около дверей. Усадил его и, встав сзади на полозья начал толкать сани.

С горки сани понеслись очень быстро. С ходу сани с дедом и Димкой влетели в сугроб перед стоящим на краю домом, где жил дядя Митя.

Димка, смахнув снег с деда, помчался в дом дяди Мити и забарабанил в дверь. Дверь сразу отворилась, на пороге стоял сам дядя Митя, здоровенный мужик, и из-за его плеча выглядывал его сын Сашка, весь в отца и ростом и лицом, такой же здоровый и рослый.

-Димка? Что случилось? С Дусей что-то? – спросил он тревожно.

— Нет, дядя Митя , там в сугробе деда, его волк подрал. – крикнул Димка и помчался вдоль улицы, к дому врачихи.

-Ох, ты ж, Боже мой! – охнул он и натягивая на ходу полушубок, побежал за дом. Следом за ним бежал его сын.

Димка буквально долетел до дома Валентины Петровны, местного врача и постучал в дверь.

Дверь открыл ее муж.

-Дима? Что? – спросил он тревожно, глядя на красного от бега Димку.

-Там, дед, ему волк руку порвал! Мы у дяди Мити в доме! Быстрее! – крикнул он и помчался назад.

Пока он говорил, из дверей уже выбегала Валентина Петровна с чемоданчиком с красным крестом.

Когда Димка прилетел в дом дяди Мити его дед уже лежал на диване и коло него хлопотала жена дяди Мити.

— Дед! Ты как? – подскочив к дивану, спросил Димка.

-Дим, ты не кричи, — сказал тихо дед, — живой я, живой!

— А теперь все вышли их комнаты, — скомандовала вошедшая следом Валентина Петровна, — Людочка, — обратилась она к жене дяди Мити, — мне руки помыть и чистое полотенце.

Мужики пошли в другую комнату.

Около часа Валентина Петровна колдовала над дедом. Было слышно, как она что-то спрашивает у него.

Потом вышла из комнаты.

— Слава Богу! Сухожилие не задето, только мышцы порвал он ему, Так, что все нормально! Я ему четыре шва наложила, заживет! Пусть он полежит у вас до завтра, а завтра уже можно и домой, — сказала Валентина Петровна и вышла из дома.

Димка побежал к деду. Тот спал. Рука была перебинтована.

Не успела Валентина Петровна выйти из дома, как на пороге появилась тетя Дуся.

— Миша! — увидев на диване брата, позвала она.

-Тихо, мам Дусь, — сказал Димка, — он спит. Ему Валентина Петровна укол поставила, чтобы он поспал. Все уже позади. Завтра он пойдет домой. Ему просто отдохнуть надо. Пошли домой, я тебе все расскажу.

На следующий день дед Михаил ушел к себе.

Димка после школы забежал к нему.

-Ну как ты? – спросил он, садясь за стол. Дед лежал на кровати. – Давай хоть картохи сварю. Я быстро!

— Да я сварил, — ответил, улыбаясь, дед, — на стол накрой, слабость еще у меня.

Димка засуетился, накрывая на стол. И тут стал оглядываться, ища, Рыжего.

-А Рыжий-то наш где? – спросил он деда.

— А вот угадай! – усмехнулся дед, поднимаясь с кровати, показывая пальцем под кровать, — это ж из-за него волк залетел в дом. Рыжий вышел погулять и видимо, ушел в лес. Снегу-то в этом году много и волкам с добычей сложно. А тут вот наш лис. Вот волк и погнался за ним. А, Рыжий, по своей тропинке домой.

Он в дом забежал, а я выходил из дома, так волк меня просто снес на своем пути. Я отлетел к столу, а ружье лежало на кровати. Я за ружье, а волк вцепился мне в руку. Но я исхитрился и выстрелил, и по – моему попал. Я слышал, что он визгнул и потом след крови во дворе. Вот, бедолага! Жалко его! Как он теперь? Что с ним? Меня-то подлатали, а вот волку никто помочь не сможет, если что серьезное. Вот, маленько отойду и пойду, поищу его. Вдруг ему помощь нужна.

Из-под кровати появилась мордочка Рыжего.

-Что, бедолага? Напугал тебя волчара?! — опустив руку, дед гладил лиса по голове.

— Дед, — удивился Димка, — ты вот волка пожалел, а он ведь тебе руку порвал.

-Дак, он с перепугу куснул, да с голоду, — отмахнулся дед, — его, ведь, тоже понять можно. С голодухи- то, хоть за кем погонишься!

Рука у деда заживала хорошо, даже Валентина Петровна удивлялась.

-На Вас прям, как на собаке, все заживает! – говорила она осматривая руку, — сколько Вас лечу, прям удивляюсь!

-Дак мы лесные люди, нас лес и лечит – смеялся дед.

В начале марта, когда у деда сняли швы, дед отправился в лес, хотя повязку Валентина Петровна запретила ему снимать.

Он бродил по весеннему лесу и осматривал все закутки, которые он знал.

В одном из оврагов, под корнями сосны он нашел его. Волк был жив, но очень слаб и худ.

Он просто открыл глаза, почуяв приближение деда, но у него даже сил не было чтобы рычать.

Он, видимо, смирился со своей участью. На бедре волка дед увидел кровавый след.

— Ох ты ! Все-таки я попал! – сокрушенно сказал дед, — ну ты сам виноват дружок, влетел сам ко мне в дом, — тихо говорил дед, а сам срубал ветки и делал из них типа носилок. Потом связал их веревкой, чтобы удобнее было тащить.

Снял с себя куртку, положил на ветки, приготавливая место для волка.

Подошел к нему. Волк приоткрыл глаза и слабо оскалился.

-Ну что, надо жить, ты вон какой еще молодой, — сказал дед тихим голосом, чтобы не напугать его. Мягким шнуром перевязал ему морду и волоком затащил его на носилки. Волк даже не дернулся.

Через пару часов дед притащил его к дому.

Оставил около дома и спустился в деревню, чтобы позвать Айболита.

— Ну что Иваныч, пойдем ко мне, у меня там еще один пациент нарисовался, — сказал, виновато улыбаясь, дед.

Виктор Иванович привык за свою жизнь с таким просьбам деда. Раз уж пришел, значит точно, что-то серьезное.

Увидев лежащего около дома волка, Виктор Иванович присвистнул.

-Уж ни этот ли экземпляр деранул тебе руку? – спросил он внимательно присматриваясь к безвольно лежащему волку.

Он склонился над волком. Волк тяжело дышал.

-Так! Давай ка его в дом и на стол, — сказал он деду, — мне надо его хорошо осмотреть.

Они вдвоем аккуратно занесли волка в дом и положили на стол. Виктор Иванович надел перчатки, поставил волку укол и только после того, как волк заснул, начал его осматривать.

— Рана загноилась, она хоть и поверхностная, но надо чистить. А так вроде ничего особо страшного нет. У него и температура от нее. Видать грязь попала, — сказал он и начал доставать инструменты.

Проведя все процедуры, они опять вынесли волка из дома и положили на ветки.

— Он проспится, это где-то часа два еще. Поставь рядом воду, ему пить надо будет и надо, чтоб он дня два пожил тут, его покормить надо, он исхудал, далеко не уйдет, так что привяжи его. Порычит немного, зато потом спасибо скажет, или у тебя вольер есть? – Виктор Иванович вопросительно осмотрел на деда.

-Дак есть типа большой клетки, там когда-то куры жили. – спохватился дед и пошел за дом.

-Давай его туда отнесем лучше, — сказал Виктор Иванович, — меньше видеть будет вас тут. А дня через три просто клетку откроешь и он сам уйдет. К тому времени рана подживет. Я ее хорошо обработал, да и он сам себя полечит, когда хорошо поест. Видать не до охоты ему было.

Три дня дед подкармливал волка.

Тот рычал, когда он подходил к клетке, но съедал все.

Дед даже Димке не стал говорить о нем, чтобы лишние глаза не видели дикого зверя.

На четвертый день, рано утром дед принес волку кусок мяса и закинул в клетку. Волк прижался к противоположной стене, потом подскочил, и схватив кусок быстро начал есть, поглядывая настороженно на деда. Он стал живей и агрессивней. Рана на бедре подсыхала.

После этого, дед просто открыл двери клетки.

-Ну, все! Иди! Хватит сидеть в заточении. Дальше ты уж сам. Я чем мог, помог, — сказал дед и отошел в сторону.

Волк присел, глядя на открытые двери, потом резко рванул из клетки. Отбежав достаточно далеко, он вдруг остановился. Развернулся всем телом, пристально осмотрелся, и понюхав воздух умчался в чащу леса.

-Вот и молодец! – сказал, улыбнувшись, дед, — все-таки проверил, бегут за ним или нет! Значит, оправился от болезни.

А вечером, когда к нему примчался Димка, он рассказал ему о волке, которого он все-таки нашел.

-Ну, дед! Ну как же ты мне-то не показал?! – обиделся Димка.

-А зачем? Это дикий зверь и унижать его, разглядывая его в клетке не нужно. С ним случилась беда и я просто помог ему. Он же не в зоопарке, чтоб его разглядывать. – урезонил он Димку.

Все время пока дед возился с волком Рыжий, как-то исчез из поля его внимания. Он незаметно пробирался в дом, съедал, все что ему оставлял дед и убегал.

Теперь он ночевал в лесу, недалеко от дома. Запах волка пугал его.

В тот день, когда дед выпустил волка, в доме опять появился Рыжий.

— А вот и наш питомец, — засмеялся дед, наблюдая, как Рыжий настороженно нюхает воздух, — совсем испугался волка наверное?! Ну ничего, мы его выпустили и теперь можешь не бояться!

Взрослел Димка и взрослел Рыжий.

Из неказистого лисенка Рыжий превратился в красивого рыжего самца с черной мордочкой и пушистым хвостом.

Теперь он все чаще убегал и ночевал в лесу и только по утрам, когда дед выходил из дома он встречал Рыжего около дома.

-Что, милок? Лес тянет тебя? И это правильно! Обживайся, это ведь твой настоящий дом! – говорил он лису, а тот, посмотрев на него и немного покрутившись около деда, опять убегал в лес.

А потом он начал появляться около дома совсем редко, как бы иногда вспоминая о том доме, где жил когда-то.

Он прибегал, нюхал воздух, сидел некоторое время и снова убегал.

-Деда, а что Рыжий, опять не прибегал? – спрашивал Димка, не обнаружив питомца и показывая на полную чашку с уже прокислым молоком.

— Нет! – говорил дед, — он молодец! Он же лесной зверь и я рад за него, что он вернулся туда, где родился! Не променял чашку молока на свободу! Молодца наш, Рыжий! И, в конце концов, он же не кошка, чему ты удивляешься?!

-Ну да! – соглашался Димка, но ему все равно было жаль потерять такого питомца.

-Дак он приходит! – успокоил его дед, — придет, посидит во дворе, посмотрит на меня, правда вот, уже погладить себя не дает и убегает. Видать у него там, в лесу уже свои дела появились!

Димка, как обещал самому себе когда-то, окончил медицинский и вернулся в деревню.

Дед уже отошел от своих дел и жил вместе с Дусей в одном доме. Сил ему еще было не занимать и со всей работой во дворе и по дому они справлялись. А тут еще и Димка вернулся. Да не просто вернулся, а начал работать в местной больнице врачом.

Радости старикам не было предела.

Как-то на выходном Димка позвал деда сходить в его егерскую сторожку, где сейчас обитал новый ее хозяин, сын дяди Мити, Сашка.

— Ого! Какие гости, -засмеялся Сашка, выходя во двор дома, где Димку и деда встретила громким лаем Сашкина собака, — фу! Дик! – скомандовал он, — заходите, заходите, гости дорогие!

Димка с дедом зашли в дом, который был им когда-то тоже родным.

Все, как и тогда было на месте, кроме разве что идеального порядка, да всяких-то домашних мелочей, говорящих о том, что в доме есть женщина.

-Да моя Настя, побежала в деревню, к отцу, помочь там что-то надо, — пояснил Сашка, — то ли прибраться, то ли постирать, я толком и не понял.

— Ну и как Митяй? – спросил дед, присаживаясь около стола.

-Да все ничо, да видать спину немного надорвал! Все же хватает сам делать, а силы-то уже те! Хоть говори, хоть нет! – сокрушенно махнул рукой Сашка.

— Так давай я его посмотрю, — предложил Димка, — затащи его ко мне в кабинет-то! Идти -то не далеко!

-Вот спасибо, что сказал! – засмеялся Сашка, — а то я ему говорю, а он слушать меня не хочет! Теперь скажу, что Димка ему велел прийти! Теперь, точно, не отвертится, обязательно придет!

Во дворе снова залаяла собака.

-Кто там? – удивился Сашка и выглянул в окно, — дед, смотри, кто пришел-то! Рыжий ваш! Он иногда заходит к нам в гости. Матерый стал, а вишь ты, дом-то помнит!

Все вышли из дома.

-Фу! Дик! — скомандовал Сашка.

Дед пошел к краю двора, где сидел лис.

-Рыжий! Малыш! Какой ты стал большой и красивый! – приговаривал дед, подходя к нему. А тот, вдруг припал к земле и вытянул морду. Дед протянул руку и погладил, Рыжего по голове. Лис вывернулся из-под руки и лизнул деду руку.

-Помнишь?! Молодец! Нет, не буду больше тебя гладить! Не волнуйся! Спасибо, что помнишь меня! — дед смотрел на него и улыбался.

Лис сел и внимательно слушал, что говорил дед.

-Ну, беги, беги! – сказал дед вставая. И лис, как будто что-то поняв, поднялся, еще раз посмотрел на деда и скрылся в чаще леса.

-Даже дикий зверь помнит добро, — сказал дед и смахнул набежавшую слезу с глаз.

В деревне поговаривали, что около егерской избушки несколько раз видели волка. Постоит, воздух понюхает и убегает в лес.

Добро и звери помнят, они ж не люди…. Вот такая история…

Автор: татьянакв

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Загрузка...